Перейдем теперь к анализу общей ритмодинамической картины 5-0й главы «Онегина»... Посмотрите на рисунок, что располагается в конце текста... Здесь О (г) равна О (г)=I + Ln (г), где константа «I» используется с той целью, чтобы разместить всю кривую O (t)
в первом квадрате координатных осей.
Первое, на что следует обратить внимание, это на разное поведение параметра О (г) в ходе динамического развития сюжетной линии пушкинского повествования. Вначале мы наблюдаем резкий взлет кривой, достигающий максимума в точке, соответствующей окончанию строфы 2 – здесь завершается хрестоматийное и одно из наиболее ярких в русской поэзии описание русской зимы, которое было начато в середине 1-ой строфы:

Шалун уж заморозил пальчик:
Ему и больно и смешно,
А мать грозит ему в окно...

Далее в характеристике кривой О (г) следует сильный и резкий спад (смотрите рисунок ниже), и здесь мы тоже наблюдаем явное согласие со смыслом текста – строфа 3 начинается авторским отступлением:

Но, может быть, такого рода
Картины вас не привлекут:
Все это низкая природа;
Изящного не много тут...

Общий спад кривой ритмоощущений продолжается и в строфе 4, что было бы удивительно, если бы не грустный слог Пушкина; этот спад длится до конца второго четверостишия строфы 5, которое заканчивается словами:

Ее тревожили приметы;
Таинственно ей все предметы
Провозглашали что-нибудь,
Предчувствия теснили грудь.

В этом месте 5-ой главы значение параметра О (г) оказывается наименьшим среди всех последующих значений - и мы вновь отмечаем совпадение эмоционально-смысловых и ритмико-гармонических характеристик стиха Пушкина.
Именно такой пилообразный характер кривой с резкими перепадами уровня ритмико-гармонической точности соответствует крайне эмоциональной напряженности второй части сна Татьяны – подобное соотнесение ритма и смысла более всего указывают как на их реальное единство, так и на возможность измерения такого единого ритмо-смысла...
Сон Татьяны нам представляется и как метаметафора – здесь и сказочный сюжет с фольклорно-мифологическими фигурами, и реальные герои романа (Ольга, Ленский, Онегин), помещенные в контекст святочных гаданий, и вовсе не сказочный, трагический финал сновидения. Но более всего сон Татьяны – это судьбоносный Рубикон, включающий в себя метафорически представленное предсказание будущих событий.
При приближении развязки, эмоциональное перенапряжение не спадает, и вот начало заключительной 21 строфы сна Татьяны:

Спор громче, громче; вдруг Евгений
Хватает длинный нож, и вмиг
Повержен Ленский; страшно тени
Сгустились; нестерпимый крик
Раздался...хижина шатнулась...
И Таня в ужасе проснулась...

Последние шесть строк в строфе 21 – опять сильный спад кривой; вспомним, что по содержанию в этом месте повествования появляется Ольга, впорхнувшая «легче ласточки» в комнату Татьяны с вопросом «Кого ты видела во сне?»
Ритмодинамическая панорама эмоциональной неустойчивости повествования позволяет говорить о том, что начало строфы 21 есть лишь кульминация развития трагического сюжета, а начинается трагедия, как это ни парадоксально, с появлением в сновидении Татьяны столь «милого» ее сердцу Онегина (строфа 17), но – в компании и в роли хозяина диковинных зверей, чудовищ, страшной «шайки домовых».
Чтобы пояснить эту мысль, вспомним вывод, с которого мы начали: «ритм делает ощутимой гармонию». Примером из 5-ой главы служит ее две первые строфы, представляющие всем нам с детства хорошо знакомое описание русской зимы. Гармония есть одновременно явление и ритмическое, и эмоционально-содержательное.
Однако с тем же успехом «ритм делает ощутимой» и дисгармонию – именно дисгармония ритма предопределяет резкие колебания кривой ритмоощущений с непомерно большой амплитудой, и начинаются эти эмоциональные катаклизмы с динамически контрапунктивной 17 строфы 5-ой главы романа. Дисгармонические ритмоощущений предшествует, таким образом, наступлению катастрофической развязки сна Татьяны.